?

Log in

No account? Create an account
роза красная морда большая

systemity


САМООРГАНИЗУЮЩИЕСЯ СИСТЕМЫ


Previous Entry Share Next Entry
Flight 93 или Последнее испытание американской нации
роза красная морда большая
systemity

Flight 93 или Последнее испытание американской нации

The Flight 93 Election
By: Publius Decius Mus
September 5, 2016 The Claremont Review of Books

Publius Decius Mus – псевдоним Майкла Энтона, начавшего работать в штате Совета Национальной Безопасности президента Трампа. Ранее он был спичрайтером Руди Джулиани и СНБ при президенте Джордже Буше.

2016 – выборы “рейса 93” – захвати кокпит или умри (речь идет рейсе 93 компании United Airlines 11 сентября 2001 года, когда пассажиры оказали сопротивление четырем угонщикам аль-Каиды). Вы можете умереть в любом случае. Вы – или лидер вашей партии – можете прорваться в кокпит, но тут выяснится, что никто не знает, как управлять самолетом. Гарантий нет.

За исключением одного: если вы даже не попробуете, смерть гарантирована. Для завершения метафоры: президентство Хиллари Клинтон будет подобно игре в русскую рулетку с автоматическим пистолетом. С Трампом, вы, по меньшей мере, можете крутануть барабан и рискнуть.

Для ординарного консерватора подобные заявления звучат слишком театрально. Ставки не могут быть так высоки. Ставки никогда не могут быть настолько высоки – ну, может быть, за исключением страниц книг Гиббона. Консервативные интеллектуалы настаивают, что “конца истории” не будет, и что гуманный исход все еще вероятен. Он могут признать – даже Чарльз Кеслер признает – “Америка в кризисе”. Но насколько глубок этот кризис? Может ли все быть настолько плохо, что за восемью годами Обамы последуют восемь лет Хиллари, и, несмотря на это, консервативные националисты все еще могут рассчитывать на реставрацию дорогих нашему сердцу идеалов? Тед Круз – президент в 2024!

Чтобы не атаковать (ничем не обоснованный ) оптимизм Кеслера, зададим правильный вопрос: Трамп или Хиллари? Несмотря на то, что ответ “даже в случае, если Трамп будет выбирать направления политики беспорядочно, это будет все же лучше, чем Хиллари” звучит неоправданно жестко для Трампа. Истина в том, что Трамп сформулировал, пусть не полностью и недостаточно последовательно, правильные позиции по правильным проблемам – иммиграции, торговле и войне – с самого начала.

Но позвольте вернуться к обсуждаемой теме. Один из многих парадоксов консервативного мышления в последнее десятилетие – по меньшей мере, нежелание допустить вероятность того, что Америка и Европа находятся на траектории, которая приведет к действительно чему-то очень плохому. С одной стороны, консерваторы рутинно перечисляют длинный перечень напастей, зачумивших нашу политику. Нелегитимность. Преступность. Массивное, дорогое, вмешивающееся во все и вышедшее из под контроля правительство. Маккартизм политкорректности. Налоги, бьющие все рекорды, стремительно деградирующие сервисы и инфраструктура. Неспособность победить в войне против племенных, находящихся на уровне ниже третьего мира врагов. Катастрофически ужасная система образования, пекущая как блины детей которые не знают вообще ничего, и не способная дисциплинировать разрушительных панков, а на более высоких уровнях погружающая студентов в долги с шестизначными суммами. И так чем дальше – тем ужаснее. Как будто это та часть мессы, в которой священник спрашивает вас о ваших частных намерениях – назовите любой унылый факт американской жизни – и я вам объясню, чем он обусловлен.

Консерваторы каждый год тратят несколько сотен миллионов долларов на исследовательские центры, журналы, конференции, стипендии, и прочее – жалуясь на то, на это и на другое, на все подряд. И при этом те же самые консерваторы – если копать до корня – хранители статус-кво. О, конечно же, они хотят, чтобы некоторые вещи изменились. Они хотят, чтобы приняли их излюбленные идеи – вычеты из налогов, больше детей и тому подобное. Но являются ли эти идеи по настоящему фундаментальными? Затрагивают ли они сердце наших проблем?

Если консерваторы правы и добродетель, моральность, религиозная вера, стабильность, характер и прочее индивидуума действительно важны, если они правы в отношении сексуальной морали или того, что они именуют “семейными ценностями”, если они правы в отношении образования, как средства развития доброго характера и тех фундаментальных основ, которые определяли Запад на протяжении тысячелетия, если они правы относительно социальных норм и общественного порядка, если они правы относительно центральной роли инициативы, предприимчивости и бережливости в здоровой экономике, если они правы относительно высасывающих душу последствиях Большого Правительства и его каннибализации гражданского общества и религиозных институтов, если они правы относительно сильной обороны и осмотрительной политической прозорливости на международной арене – если они правы относительно всего этого для здоровья нации и даже ее выживания – тогда они обязаны верить – должны быть обязаны верить в то, что мы – на краю пропасти.

Но совершенно ясно, что консерваторы не верят ни во что из перечисленного, и не чувствуют никакой безотлагательности, немедленной необходимости изменения курса, чтобы на край этой пропасти не ступить. Последняя статья Мэтью Континетти (The ‘Condition of America’ Question, Stanard) может быть взята в качестве примера – она будто бы написана ради того, чтобы проиллюстрировать это утверждение. Континетти исследует “состояние Америки”, и находит его плачевным. Что предлагает Континетти с этим делать? – Обычный набор “консервативных “решений”, с обязательными отсылами к децентрализации, федерализации, “гражданскому обновлению” – и, конечно! – Бурке. Проще говоря типичная для консерватизма комбинация бесполезного, неспособного с утопическим и нереализуемым. Но как они собираются спасти, или даже улучшить Америку, которую описал Континетти? Что они могут сделать против сейсмической волны дисфункции, аморальности и коррупции? “”Гражданское обновление”, конечно же сюда подойдет – но это все равно, что сказать будто бы здоровье поможет страдающему от рака. Где-то пропущен шаг. Как мы намерены достичь “гражданского обновления”? Применение тавтологии не является стратегией.

Континетти пробегается по более многообещающему подходу, когда он говорит об “упоре на национальные интересы за границей и национальную солидарность внутри страны” через откат во внешней политике, “поддержку рабочих, раздавленных глобализацией” и “установлении такого уровня налогообложения и иммиграции , который будет способствовать национальной сплоченности”. Это звучит как трампизм. Но фразы, которыми пользуется Континетти, позаимствованы у Росса Дусата и Рейхана Салама. Оба они яростно, можно сказать, фанатично выступают против Трампа. В отличие от Кеслера они , по меньшей мере признают, что Трамп определил позиции правых по самым больным проблемам. Несмотря на это, парадоксальным образом, они не будут голосовать за Трампа – в то время как Кеслер будет.

Вы можете задать резонный вопрос – что объясняет этот безмерный оптимизм, и отказ принять Трампа ? Каковыми бы ни были причина этого противоречия, оно существует. Одновременно придерживаться консервативных культурных, экономических и политических воззрений – настаивая на том, что наша нынешняя либерально- левая реальность и ее будущее направление несовместимы с человеческой природой и подрывают устои общества – и в то же время верить, что дела могут продолжаться более или менее так, как они идут – логически невозможно.

Позвольте сказать это прямо: если вы действительно верите в то, что все может продолжаться так, как оно идет, без фундаментального изменения, вы тем самым подразумеваете что консерватизм не прав. Не прав философски, не прав в отношении человеческой природы, не прав относительно природы политики, и не прав со своими политическим и рецептами. Потому что, во-первых, немногие из этих рецептов сегодня соблюдаются. Во-вторых, потому что левые только и заняты их ликвидацией – зачастую при поддержке консерваторов. И, наконец – на Западе существует всеобъемлющий тренд влево, все дальше и дальше от того, что мы называем консерватизмом.

Если вы отвечаете как Континетти, Дусат или Салам, и многие, многие другие, если для вас консерватизм – это лишь продолжение того, что вы привыкли делать – еще один политический журнал, еще одна статья о реформе социального обеспечения, еще один семинар об ограниченном правительстве, еще одно предложение о налоговом кредите – и все это несмотря на то, что вы отступаете уже минимум сто лет – в этом случае вы косвенно признаете, что ваша предположительная политическая философия не имеет значения, и что цивилизация продолжается просто прекрасно и при господстве лефтистской идеологии. И действительно, лефтизм – более подлинная идеология, чем консерватизм, куда более его превосходящий.

Они конечно же скажут – подобно марксистам из студенческого общежития – но ведь наши предложения не были испытаны! Вот наши идеи, они только ждут, чтобы их внедрили в жизнь! На что я отвечу – Да ну, в самом деле? Многие консервативные решения – прежде всего, реформа социального обеспечения и контроль над преступностью были испытаны, доказали свою эффективность – но не смогли остановить волну. Преступность, например, ниже пика середины 70-х и начала 90-х, но намного выше исторической американской нормы, закончившейся после того, как либералы установили контроль над уголовной юстиции в середине 60-х – и сегодня она стремительно растет – невзирая на неэффективные жалобы консерваторов. И что сделало это временное снижение преступности (или реформа социального обеспечения) для того, чтобы остановить великий прилив? Цунами либерализма – которое и в буквальном, и в переносном смысле обрушилось на наш берег, в реальности только нарастает. Все ваши (наши) победы оказались кратковременными.

Еще важнее – чего консерватизм добился в последнее время, за последние , скажем 20 лет? Ответ – “ничего”, на первый взгляд подтверждает утверждение “наши идеи не попробовали”. За исключением того, что те же консерваторы, которые генерируют эти идеи продают их публике. Если их идеи “не опробовали”, то, кто в конечном итоге в этом виноват? Все это предприятие, Conservatism, Inc., дурно пахнет – пахнет провалом. Его единственный и продолжающийся успех – самосохранение. Консервативные интеллектуалы никогда не уставали нахваливать “предпринимателей” и “креативное разрушение”. Рискуйте, даже если вам грозит провал!, призывают они бизнесменов. Пусть рынок решит! За исключением, эээ в отношении нас самих. Или же истинный рынок – не политическая арена, но замкнутый круг привлечения финансовых ресурсов?

Только три вопроса имеют значение. Первый – действительно ли все настолько плохо? Второй – что мы делаем прямо сейчас? Третье, что мы делаем в долгосрочной перспективе?

Ответ Conservatism, Inc. на первый вопрос можно просто отвергнуть с порога. Если консерваторы хотят серьезных дебатов – я только за. Проблема “субъективной вероятности” может быть проверена только в реальности. Но мои попытки сделать это были встречены , большей частью скепсисом. Люди были неприятно удивлены: как может один из нас, “консервативных интеллектуалов” не только поддержать, хотя бы и неохотой Трампа, но еще и предлагать для этого обоснования?

Один из наиболее глубоких аргументов был предложен изданием Journal of American Greatness. Только в нашей коррумпированной республике, только в наши коррумпированные времена возможно было вознесение Трампа. Поэтому наиболее загадочно то, что те, кто пришел в наибольший ужас от Трампа отказываются рассмотреть вероятность того, что республика умирает. Такая вероятность представляется настолько нелепой, что никто не находит нужным ее опровергнуть.

Также, как , вероятно, с их точки зрения не требуется опровергать тезис о том, что на выборах 2016 году на кон поставлено все. Я, в этом отношении, смотрю в будущее куда более мрачно, чем большая часть моих (бывших) коллег по Journal of American Greatness, и хотя мы продолжаем использовать это “королевское “мы”, здесь я говорю только от себя.

Как для вас лично прошли два последних десятилетия? Если вы член или попутчик класса ездоков в Давос, то можно предположить – очень хорошо. Если вы особь среди подвида консервативных интеллектуалов и политиков, вы скорее всего, осознали, где ваше место в табели о рангах Вашингтонских Генералов. Ваша работа – показаться и проиграть, но вы – необходимая часть шоу, и вам за это платят. До такой степени, что вы всегда – на стороне победителей, в качестве софиста, помогающего давосской олигархии рационализировать что угодно – открытые границы, низкие зарплаты, аутсорсинг, деиндустриализацию, торговые уступки, и бесконечные, бессмысленные, неудачные войны.

Все 16 республиканских конкурентов Трампа гарантируют одно и тоже – победу Хиллари Клинтон. Это достаточно плохо. Но, по меньшей мере, республиканцы пассивно реагируют, когда речь заходит о тотальном культурном и политическом изменении. Их “оппозиция” в любом случае может оказаться неэффективной, и ее не всегда можно отличить от поддержки. Но они, по меньше мере, не бредят такой чепухой, как “32 пола”, элективные туалеты, “единый плательщик”), низкопоклонство перед Ираном, “исламофобия” и Black Lives Matter. Они просто помогают их ратифицировать.

Президентство Хиллари станет “газом до отказа” всей прогрессивно-лефтистской агенды, плюс некоторые штуки, которые мы не могли себе и вообразить в самом страшном сне. Но даже и не это самое плохое. Описанное будет сопровождаться таким уровнем злопамятных преследований против сопротивления и диссидентства, который ранее наблюдался лишь в наиболее “продвинутых” скандинавских странах , и в самых левацких уголках Англии и Германии. Мы уже видим это в цензуре, практикуемой пособниками давосской элиты в социальных сетях и их кампаниях по уничтожению личности, ведущихся Воинами за Социальную Справедливость. Мы видели это в позорном применении Обамой IRS для того, чтобы мучить своих политических оппонентов , в психологических манипуляциях и отрицании действительности в медиа, и коллективном пожиманием плечами всех остальных.

Абсурдно предполагать что это остановится или замедлится – напротив, при администрации Хиллари все массивно интенсифицируется. Еще более дико предположить, что доселе бесполезная и бессмысленная консервативная оппозиция внезапно превратится в эффективную. на протяжении минимум двух поколений Левые называли всех, кто правее их нацистами. Это тренд экспоненциально нарастал в последние несколько лет, и ему помогали некоторые правые, которые просто пришли в восторг от подобного лейбла. . Нет ничего более страшного для современного консерватора, чем быть заклейменным в качестве “расиста”, и потому альтернативные правые – настоящая манна небесная для либералов. Но, в принципе, в ней нет никакой необходимости – левые называли нас нацистами задолго до появления твитов Трампа или отрицающих Холокост мемов. И как поступают с нацистом – то есть с врагом, единственным намерением которого является уничтожение тебя? – Ты уничтожаешь его.

Так что мы теряем в случае, если мы наносим ответный удар? – Только наших лакеев вашингтонских Генералов – и их чеки. Но они пропадут в любом случае. Одна из вещей, которую “Правые” отказываются понять – так это то, что “Левые” пришли к заключению о том, что это конкретное шоу закончено. Они думают, что больше не надо никого дурить, и нет никакой необходимости устраивать этот фейковый спектакль, в которых каждая сторона якобы имеет право на выстрел.

Если вы обратили внимание, наша сторона последовательно проигрывает начиная с 1988 года. Мы можем победить на промежуточных выборах – но нам с этим нечего делать. Назовите это Ганнибаловыми победами. И, за исключением не блестящих 50,01% в 2004, мы не можем выиграть ничего.

Потому что все – против нас. Прежде всего, формирующие мнения элементы – университеты, и, конечно же, пресса. Они полностью коррумпированы и находятся в оппозиции ко всему, к чему мы стремимся, и все больше – к самому нашему существованию. ( А как еще объяснить войны против сис-гендерзма (лица, чей пол соответствует тому, который был записан в свидетельстве о рождении), ранее известные как “натуралы”, против предположительно существующих “привилегий белых”?) Если это не стало совершенно ясным за последние 50 лет, то кампания 2015-2016 годов доказала, что даже самые посредственные органы интеллигенции, посредством которых она транслирует свою пропаганду всеподавляюще узкопартийны и предвзяты. Против этого напора консервативная пресса попросту ничтожна. Ее не слышат за пределами того, что подходящим образом назвали The Megaphone.

Во-вторых, те ограничения, та цензура, которые сами на себя накладывают наши Вашингтонские Генералы попросту абсурдна. Ленин когда-то сказал: Лучший способ контролировать оппозицию – возглавить ее самим. Но с такой оппозицией как у нас и голову не надо морочить. Наши “лидеры”, наши “диссиденты” загибаются чтобы играть по тем само-подрывающим правилам, которые устанавливают для них левые. У запуганных, забитых псов – больше духа, чем у наших вождей.

Третье, и самое важное – непрекращающийся импорт чужаков из Третьего Мира, без всякой традиции, вкуса или опыта свободы означает, что электорат будет все более и более левым, более демократическим, менее республиканским, и менее традиционно американским с каждым циклом. Как и, конечно же, само население Соединенных Штатов. Это – основная причина того, что левые, демократы и двухпартийная хунта (категории различные, но накладывающиеся друг на друга) верят в то, что они находятся на грани окончательной и бесповоротной победы, которая позволит им навсегда отказаться от нужды претендовать на соблюдение демократических и конституционных приятностей. И это действительно так.

И именно поэтому они молятся на “открытые границы” как на абсолютную ценность. Это один принцип, который превалирует над всеми остальными, даже в случае, если они сталкиваются друг с другом. И если это недостаточно ясно, подумайте об этом: Трамп – наиболее либеральный республиканский кандидат со времен Томас Дьюи. Он отрывался от консервативной ортодоксии столько раз, что National Review сбился со счета. Но давайте рассмотрим только те коренные принципы, которые настолько оживили его кампанию. По вопросам глобализации, торговли и войны Трамп левее не только своей собственной партии, но и своего демократического оппонента. И, несмотря на это, Левые и хунта – заодно с консерваторами – в своем устремлении – и в отчаянии не просто нанести поражение Трампу, но его уничтожить. Что происходит?

Ах да – эта другая проблема. Святость массовой иммиграции – это мистическая струна, объединяющая американский правящий и интеллектуальный классы. Их мотивы несколько разнятся. Они, или многие из них верят в академически-интеллектуальную ложь о том, что наследственная расистская и злая природа Америки может быть изжита только через большее “разнообразие”. Хунта, конечно же, жаждет дешевой и покорной рабочей силы. Она также хочет легализовать, и отвлечь нежелательное внимание от своих богатств, претендуя на то, что ”положение обязывает” к открытым границам. Республиканцы и “консерваторы” – и те, и другие хотят отмыться от обвинений в “расизме” Для последних, это, по крайней мере, имеет какой-то смысл. Ни один Вашингтонский Генерал не будет допущен ко двору – не говоря уже о том, чтобы обналичить чек с этим эпитетом, парящим у него над головой, подобно сатанинскому духу. Но для консерваторов, подобная жреческая благодать даруется в ущерб мирским интересам. Они что, действительно верят, что правая предпринимательская зона или школьная политика поднимутся, когда эти новые избиратели окажутся у избирательной урны? До сих пор нигде этого не случилось, и нет никаких сигналов того, что это когда-либо произойдет. Но это не останавливает республиканцев, и они повторяют: больше, больше, больше! Не имеет значения, сколько выборов они еще проиграют, их основные районы навсегда останутся голубыми, потому что очень редко (если вообще) уровень участия в выборах иммигрантов превышает 40%. Ответ всегда один и тот же – подобно Ангеле Меркель после каждого нового изнасилования, взрыва, пальбы или атаки с мачете. Больше, больше, больше!

Это безумие. Это – знак партии, общества, страны, народа, цивилизации которые хотят умереть. Трамп, единственный кандидат на высший пост на этих, и на по меньшей мере семи последних выборных циклах, встал и сказал: Я хочу жить. Я хочу, чтобы моя партия жила. Я хочу, чтобы моя страна жила. Я хочу положить конец безумию.

Да, Трамп хуже чем несовершенен. Ну и что? Мы можем стенать об отсутствии великого государственного мужа, который мог бы заняться, или более точно – соединить великие проблемы нашего времени, покуда не задохнемся. После трех провалов Пэта Буханана, иногда возникал кандидат, видевший кусок проблемы: Дик Герхардт – торговлю, Рон Пол – войну, Том Такредо – иммиграцию. Но, среди нынешних политических фигур – великих государственных деятелей , опасных демагогов и привычного хнычущего гнуса – только Трамп, этот предполагаемый буффон, не только увидел все три и их жизненно важную связь – – он сумел на этом победить. Предполагаемый буффон более рассудителен, более практически мудр чем все мудрые и хорошие, стоявшие против него. Им должно быть стыдно из-за этого. Но их собственные неудачи, как раз напротив, еще больше распалили их и являются дальнейшим доказательством их глупости и спеси.

Они называют это “постоянством” – приверженностью к “консервативным принципам”, определенными кампанией 1980 года и превратившимся в богов-хранителей домашнего очага царствующих аналитических центров. О том, что существует некий более высокий уровень постоянства – служения интересам собственной нации им просто в голову не приходит. Когда Америка владела гигантским, пустым континентом и индустрией, развивавшейся взрывными темпами, высокий уровень иммиграции, возможно был хорошей политикой (возможно – потому что Бен Франклин с этим бы не согласился). В этом нет никакого смысла с момента окончания первой мировой войны. Свобода торговли, несомненно, была большим преимуществом для американских рабочих в течение нескольких десятилетий после окончания второй мировой войны. Но мы уже давно прошли точку невозврата прибылей. Победа в войне в Заливе в 1991 году была стратегическим триумфом американских интересов. Ни один конфликт с той поры не был. Консерваторы либо этого не видят, или – хуже того, те, кто может это видеть относятся к единственному политическому лидеру, бросающему серьезный вызов статус-кво (больше иммиграции, больше торговли, больше войны) как к уникальному злу.

Вульгарность Трампа просто ниспослана свыше, с точки зрения консерваторов. Она позволяет им повесить свою публичную оппозицию на его очевидные недостатки и игнорировать или принижать значение его сильных сторон, которые должны быть более очевидными, но в коррумпированные времена намеренно затеняются непрекращающимися указаниями на его провалы. То, что Левые построят на этом всю свою кампанию – неудивительно. Но почему это делают Правые? Некоторые – очень немногие – реально верят в то, что человек действительно не подходит для поста президента. Дэвид Фрум, всегда скептически относившийся к иммиграции и выступавшие за меньшие войны, чистосердечно признает, что хотя он согласен с большей частью программы Трампа, самого Трампа на дух не переносит. Но большинство других #NeverTrumpers – это только случайное совпадение, что они также являются сторонниками интервенций на другом конце света и открытых границ здесь?

Но давайте остановим поток фантазий и подумаем о том, что делать сейчас. Ответ на вспомогательный вопрос – а будет ли это работать – куда менее ясен. Под “этим” я имею ввиду трампизм, который, в широком смысле слова, можно определить как защищенные границы, экономический национализм и внешняя политика под лозунгом Америка- прежде всего. Мы, американцы, по собственной дури позволили разъединить страну – посредством идиотской иммиграции, и не менее идиотской экономической и внешней политики. Тот уровень единства, которым характеризовался американский народ до того, как двухпартийная хунта взяла верх, никогда не будет восстановлен.

Но мы все еще можем жить лучше, чем сейчас. Первым делом, прекратить закапываться в дерьмо. Довольно импортировать нищету, преступность и чуждую культуру. Мы создали институты – по лефтистким чертежам, которые не просто отвергают ассимиляцию – им отвратительна сама концепция этого. Мы должны попытаться это исправить, но, с учетом того, что Левые железной хваткой вцепились в каждую школу, в каждый культурный центр – это все равно, что пытаться установить демократию в России. Может быть, это – достойная цель – но ограничьте ваши надежды, не стоит инвестировать время и ресурсы в недостижимое.

По контрасту, просто строительство стены и применение уже существующих законов невероятно поможет, остановив поток вновь прибывающих, превращающих этнический сепаратизм в постоянное явление. Точно также срабоатет прививание привычки к использованию английского языка, и норм американской трудовой культуры на рабочем месте. Такая политика будет иметь дополнительный благотворный эффект соединяя экономические интересы и (можно надеяться) развивая солидарность рабочего, нижнего среднего и среднего классов всех рас и национальностей. Тоже самое может быть сказано о торговой политике Трампа и его анти-глобалистских инстинктах. Кому какое дело, если наша производительность снизится еще больше, и наш уже лунатический ВНП несколько понизится? В любом случае, весь прирост, заработанный за последние 20 лет был сожран хунтой. На этом этапе для нации было бы лучше более равно делить меньший пирог, нежели смотреть, как эти восемь кусков и дополнительный девятый идут правительству и его рантье, а то что осталось – тем же самым четырем индустриям и 200 семьям.

Будет ли это работать? – Спросите пессимиста, получите пессимистический ответ. Поэтому и не спрашивайте. Лучше спросите: а стоит ли это попробовать? Лучше ли это, чем альтернатива? Ежели вы не можете немедленно ответить “да” – вы либо часть хунты, либо дурак, либо консервативный интеллектуал.

И если это не сработает, так что же? Мы установили, что наиболее “консервативные” анти-трамписты, в оруэлловском духе объективно выступают за Хиллари. А что с вами, всеми прочими? Если вы распознали ту угрозу, которую представляет собой Хиллари, и не переносите Трампа, вы думали о долгосрочной перспективе? Можно представить себе следующие возможности: цезаризм, сецессия/развал, коллапс или менеджерский давосский либерализм так далеко, как только может увидеть глаз…что, поскольку ничто человеческое не длится вечно, уступит одному из трех ранее перечисленных. Ах да, для тех, кто любит выпить и помечтать – Вторая Американская Революция, которая восстановит Конституционализм, ограниченное правительство и избирательный ценз для верхних 28%.

Но для тех из вас кто все еще трезв: вы можете дать набросок более реального долгосрочного будущего, чем те четыре, которые последуют за поражением Трампа? Я тоже не могу.

Выборы 2016 года, с моей точки зрения – финальный тест, который установит, осталось ли хоть какая-то добродетель, которая когда была ядром американской нации. Если они не смогут поднять себя просто ради того, чтобы проголосовать за первого кандидата в поколении, который поклялся продвигать их интересы, и проголосовать против тех, кто открыто хвалится сделать нечто противоположное (еще миллион сирийцев, например?), тогда они обречены. Может быть, они не и не заслужили той участи, которая их ожидает – но она им в любом случае уготована.