САМООРГАНИЗУЮЩИЕСЯ СИСТЕМЫ (systemity) wrote,
САМООРГАНИЗУЮЩИЕСЯ СИСТЕМЫ
systemity

Categories:

Дневник капитана Петрова

Коллаборационист «Петров»: «Нацмальчики не знают России и НКВД»

15.05.2017

коллабор-4


В 1950 году нацистский служака и монархист Борис Ширяев выпустил сборник «Кудеяров дуб», в котором был «дневник капитана Петрова». Этот «Петров» сдался в плен немцам, затем стал пропагандистом в русских частях Германии. Он описывает ту среду, в частности, активистов НТС, конструировавших «новую Россию». «Петров» в печали пишет, что не только немцы, но и русская эмиграция не понимают России, а интеллигенция и вовсе продастся за кусок колбасы любому. «Кадров для новой России нет». — подытоживает автор.

Почему фамилия «Петров» в кавычках? Никто не знает этого человека, даже Борис Ширяев, к которому якобы попал дневник этого человека. Позднее друзья Ширяева уверяли, что тот, скорее всего, описывал в этом «дневнике» свои мысли, а эпизоды пленения и другие личные записи «Петрова» были антуражем, призванным запутать читателя.

Ширяева понять можно. Когда он писал «Кудеяров дуб» (конец 1940-х), то находился в американском фильтрационном пункте в итальянской Капуе. Ширяев очень не хотел быть выданным СССР, и какие-то записи о его нацистском прошлом могли повредить ему.

А Ширяеву было чего бояться. Во время Революции и Гражданской он оставался монархистом, пытался бежать к Деникину, был пойман, приговорён к расстрелу, но прощён красными. В 1922 году новый расстрельный приговор, и снова прощение — казнь была заменена на 10 лет Соловков. Отсидел 7 лет и был выпущен за хорошее поведение. На Соловках написал первые повести, ставил пьесы в местном театре. В 1932-м — три года ссылки за участие в «Союзе русских фашистов». В 1937-38 годах, несмотря на «славное» прошлое, — уцелел. Более того, работал преподавателем истории в вузах Ставрополя.

С приходом немцев на Северный Кавказ, в первый же день оккупации добровольно пошёл служить к немцам. Сделал быструю карьеру в немецкой пропаганде. Окончание войны встретил в северной Италии. Американцы в итоге не выдали Ширяева в СССР, и он остался жить в Сан-Ремо. В Италии выпустил несколько книг и даже научных трудов по филологии. Умер в 1959 году.

ширяев
(Капитан Борис Ширяев (крайний слева) на пропагандистских курсах РОА в Дабендорфе)


«Дневник капитана Петрова» писался, как мы уже говорили, после окончания войны. В нём Ширяев переосмысливал не только своё прошлое, но и вообще подход Запада к СССР, его возможности победить Москву в том числе в плане идеологии. Часть «дневника» описывает непонимание молодой русской эмиграцией из НТС (в основном эта молодёжь видела свою родину в детстве или вообще родилась после эмиграции их родителей в Европу) России. Именно в это время, в конце 1940-х, НТС оформляется в главную антисоветскую силу под руководством Запада. Блог Толкователя уже писал, почему в итоге НТС не удалось не только взять власть в новой России после 1991-го, но и «заразить» своими идеями хоть небольшую часть «новых россиян». Мы приводим эти отрывки из «Дневника капитана Петрова».

+++

«Недалеко от нас Дабендорф, главный лагерь POА. Туда я езжу по выходным дням, а иногда и после занятий. Сам Власов живет отдельно, в Дабендорфе, бывает редко. Всем лагерем заворачивает начштаба ген. Трухин, а им «солидаристы», они же «персоналисты», они же «нацмальчики» из эмигрантов.

«Нацмальчики» — люди очень образованные, и программа у них чёткая, все спланировано «в ажур», а народа нашего они не знают, и из программы ничего не получится, потому что, если Сталина свергнем, то неизбежно большой бардак будет и надежда только на немецкую власть. Ведь, народ наш голодный, озлобленный! К примеру, хоть в трамвае: в Германии я за 8 месяцев не видел ни одной ссоры, а у нас повсеместно, с утра до вечера. Кроме того, их «условная собственность» — тот же колхоз. А мы все, и городские, и колхозные, настоящей «своей» собственности хотим и о ней тоскуем.

+++

За эти месяцы я перечитал много эмигрантской литературы. Много в ней хорошего, дельного, но главного-то они не знают: нас не знают. Вот хотя бы НКВД. У них в романах все чекисты — или евреи, или садисты. А у меня было много приятелей из НКВД по клубу «Динамо»: футболистов и болельщиков. Славные ребята, на лодках с ними катался, водку пил.

коллабор-3


Вот в этом-то и вся тоска, что эти славные ребята сегодня со мной водку душевно пьют, а завтра мне «дело пришьют», измытарят на допросах, сошлют лет на 10, а сами будут снова с чистою душою в волейбол играть.

И не они одни, а все мы таковы: всё «блат» ругаем, и каждый стремится словчить «по блату», на НКВД указываем, а кто туда доносы пишет. Обратно же — мы!

Вот, об этом я часто спорю с ребятами в Дабендорфе. У них все упрощённо до края: обманул нас «отец народов», а мы все —святые и надо защищать завоевания февраля.

+++

А вот факты. В нашей школе раскрыта большевицкая ячейка. Сомнений быть не может, так как раскрыли её сами курсанты, лично мне известные. Точные цели их, однако, не установлены:— пока готовили лишь диверсионную группу.

В Дабендорфе тоже случаются такие происшествия. Иначе и быть не может: не оставит же НКВД без внимания такое явление, как РОА. А Гестапо далеко до НКВД. Детская игрушка. Арестовали ночью трёх курсантов, и только. У нас бы всю школу сверху до низу перетрусили.

Сталинской агентуре работать здесь очень легко. Я бываю иногда у знакомцев в лагерях остарбайтеров. Настроение там определённо большевицкое, совсем иное, чем я видел в Крыму и в Одессе. Психологически мне это понятно: люди тоскуют по семьям, по «своему корыту», и оно начинает казаться им привлекательным, даже при сознании его отрицательных сторон. А тут, в Германии, наоборот, всё кажется чужим и «вредным». Рождается необоснованная ненависть.

Необоснованная, потому что живут остовцы неплохо, много лучше, чем на советских новостройках: помещения чистые, у всех кровати, матрасы, одеяла (на какой новостройке это видели?) еда — нормальный паёк немца, работа по нормальному немецкому графику, кроме того, большинство ворует и спекулирует.

Весь Александер-плац полон русскими. Научили немцев самогон варить, и иные теперь большими тысячами ворочают, а у девушек — полные чемоданы барахла. И всё же ненависть. Только ждут победы союзников и твердят, что после войны «у нас по другому будет».
+++

Я бываю иногда в одной эмигрантской семье. Живут хорошо и люди очень душевные. Россию любят «на все сто». Везде у них Россия. Чай сядем пить — обязательно из самовара — поставят на стол и любуются, на стенах — виды старой Москвы, образа украшены расшитым полотенцем, шкафчик с русскими книгами — как в музее, заговорили о России — у них слёзы на глазах. Любят, без памяти любят!

коллабор-1


А ведь ничего этого там нет: ни полотенец, ни Иверской, ни буквы «ять», по которой они плачут. Из полотенец подштанники пошили. Иверскую — американскому коллекционеру продали, букву ять «похерили», а главное ко всему этому отношение стало другое: они, вот, над «мужичком в лапотках» умиляются до слёз, а иногда на строительстве эти самые лапотки выдадут вместо ботинок, да пошлют в них из котлованов стахановскую норму выкидывать, так такой густой «мат» стоит по поводу этих лапотков, что не провернёшь.

Бедные люди. Если удастся им вернуться в Россию, как они там мордой об стол хватятся. Вот когда заплачут!

+++

А стыдно бывает часто и не только на немцев глядя, но и на своих. На прошлой неделе я был в лагере Вустрау, за Берлином. Это лагерь особенный, где немцы содержат без работ, на полном пансионе резерв русской, украинской, кавказской и прочей интеллигенции.

Наивные (много в них этой доходящей до глупости, прямолинейной наивности) немцы убеждены, что готовят там будущих немецко-русских администраторов, а на самом деле кормят, поят и одевают в большинстве случаев ловчил и дармоедов.

Встречаю в Вустрау своего профессора Чаплю, читавшего у нас русскую литературу, обрадовался, бросаюсь к нему, здороваюсь, а он в ответ: «Не розумeю российкой мовы».

Я так и сел!. Вот тебе и русская литература. Потом узнал, что Чапля у Розенберга на украинcтве карьеру делает.

До чего испохабился русский народ! И странно: молодежь, воспитанная на примере Павлика Морозова, всё же честнее. Она бродит в потемках, тычется мордой во все углы, но ищет пламенно и упорно.

А вот подобные, в прошлом обычно советские «активисты» готовы душу за сто граммов колбасы продать.

коллабор-2

+++

Подвожу итоги. России две: одна — мечта! Безразлично, какая мечта, «в лапотках и с берёзкой» или основанная на «иерархии личности» с «царем на белом коне» — всё это — мечты, а другая, реальная, в которой кровь с гноем смешана в прорвавшемся нарыве. Эта Россия — мы!

В ту будущую Россию, которую рисуют себе «нацмальчики», я не верю. Она — выдуманная этими хорошими, пламенными ребятами. Такой не будет, потому что кадров для неё нет!




Tags: История
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments