САМООРГАНИЗУЮЩИЕСЯ СИСТЕМЫ (systemity) wrote,
САМООРГАНИЗУЮЩИЕСЯ СИСТЕМЫ
systemity

Нет, Макрон не побежит по воде, несмотря на то, что его обожатели ждут именно этого по всей Европе

Бегущий по Воде. Германия, Франция и Спаситель Макрон


Günter Ederer
Der übers Wasser laufen muss
26.06.2017


У Европы снова появился Спаситель – и он может ходить по воде. Тоска по чудесному лекарству неутолима. Последним обладателем способности творить чудеса был Барак Обама, которому вручили Нобелевскую премию едва он успел переступить порог президентского офиса. К несчастью, на протяжении своей восьмилетней каденции он оказался совершенно беспомощным. Следующее стопроцентное чудо – из Вюрзелен, избрано председателем СДПГ и обладает нечеловеческой привлекательностью. Но чудо как-то быстро сдулось. И теперь молодой, симпатичный и энергичный французский президент – тот смельчак который ходит по любой воде. Стоит более подробно изучить подробности его метеоритного взлета.

В первую очередь он стал возможным благодаря страху многих французов и европейцев перед ужасной блондинкой Марин Ле Пен, победа которой угрожала потрясти всю Европу. Этот страх был настолько же преувеличен, как и страх перед голландским блондином Гиртом Вилдерсом. За обоих блондинов проголосовали менее 20 процентов избирателей.

Празднования победы Эммануэля Макрона во втором туре президентских выборов уподобились празднованию чудесному избавлению от неизбежного удара метеорита по планете Земля. Но благодаря французской избирательной системе , шансы Национального Фронта были очень малы. 66,% которые независимый кандидат Макрон получил во втором туре, получил бы и любой другой кандидат буржуазного лагеря. Но более важен для долгосрочного политического успеха Макрона понимание итогов региональных и парламентских выборов.

Саморазрушение правых и левых элит

Франсуа Фийон, консерватор, опустился на третье место из-за своей слишком выраженной любви к семье. Он заплатил своей жене и детям около 800 тысяч евро из государственных средств. Это решительно ослабило поддержку и без того находившегося в конфликте с самим собой общества. Тем не менее, Фийон получил более 7,6 миллионов голосов. Кандидат от правивших социалистов, Бенуа Хамон, после агоний своей партии не имел шансов и не смог набрать и 3 миллионов.

Но ни в Германии, ни в остальной Европе люди не осознают степени реальной опасности захвата власти во Франции радикалами – и не только правыми, но и левыми. Жан-Люк Меланшон, моделями устройства жизни которого служат Куба и Венесуэла, начинал предвыборную кампанию в качестве главы одной из отколовшихся группировок. Но с течением предвыборной кампании его шансы росли. Он получил 7 миллионов голосов – всего на 600 тысяч меньше, чем Ле Пен. Вместе с анти-капиталистическими и троцкистами группировками левые радикалы – сильнее Национального Фронта.

Программы двух этих радикальных блоков значительно отличаются от программ других участников выборов, но весьма сходны между собой. Выход из НАТО, выход из ЕС, выход из еврозоны. Против свободной торговли, цементирование 35-часовой рабочей недели, пенсионный возраст – 60 лет и антигерманский словесный понос. Национализация, дикие налоги на имущих.

Тот факт, что Ле Пен называют крайне-правой, а Меланшона крайне-левым объясняется скорее привычными классификациями, нежели реальностью. Оба движения – национал-социалистические и анти-демократические. За то, что Меланшон не вырвался вперед Ле Пен следует благодарить бога и склонность коммунистов и левых радикалов к сектантству. Именно поэтому Меланшон победил всего в трех департаментах, Филлон преуспел в пяти, Макрон в 41 и Ле Пен – в 47.

Среди прочего это означает, что Европа была спасена лишь благодаря особенностям французского избирательного права. Британский Economist пишет, что если бы во Франции голосовали как в Америке, победила бы Ле Пен. У нее было бы столько же электоров, сколько у Макрона и Фийона. И тогда правительство формировали бы Ле Пен и Меланшон с его коммунистами, чья предвыборная программа очень похожа на программу Национального Фронта. Таким образом, в составе ЕС появилось бы второе, после Греции, государство, чье правительство является коалицией радикальных правых и радикальных левых.

На протяжении последних четырех выборных циклов повторяется одна и та же картина. В первом раунде доминирует Национальный Фронт – на севере, востоке и на средиземноморском побережье. Во время второго тура он исчезает, побеждая в считанных департаментах. Так, например в Вогезах в первом раунде Национальный Фронт показал себя очень сильно во всех избирательных округах – но во втором все места ушли Макрону. Как будто к избирательным урнам пришел другой народ. И это предположение, при более близком рассмотрении верно: каждый раз другие избиратели определяют исход выборов.

В убедительной победе на парламентских выборах партия Макрона получила 308 мандатов из 577 – и еще 42 союзная ей партия MODEM. Во втором туре голосовали, главным образом, сторонники Макрона. Остальные сидели по домам, потому что не видели шансов для своих кандидатов – и сторонники Национального Фронта, и радикального левого альянса Меланшона. И поэтому победа Макрона покоится всего лишь на 16,5 голосов избирателей, имеющих право голоса. За Национальный Фронт проголосовали 3,36% , и он получил всего 8 мест в парламенте, в то время как левые радикалы Меланшона – 17. Социалисты Франсуа Олланда получили 30 мест.

Все эти партии не представляют никакой угрозы для Макрона. Главная угроза для него – те 20 миллионов французов, которые не пришли на выборы. Сможет ли он сдержать свои предвыборные обещания зависит не от парламента, а от улицы. 40 лет назад я сделал для ZDF документальный фильм “ Классовая борьба по-французски”. Через пять лет я снял еще один “Брак с Мариан – 20 лет франко-германской дружбы”. Я испытываю депрессию, когда пересматриваю хронику тех лет. Большую часть текстов можно было вырезать и вставить в сегодняшнюю ситуацию без всяких изменений.

За первые 20 лет этого брачного контракта франк обесценился по отношению к марке с уровня 1:1 до уровня 1:3. Сегодня было бы еще хуже, если бы не евро. Безработица во Франции – 10%, среди молодежи – 20. Работник в провинции зарабатывает столько, сколько стоит ужин в парижском ресторане. Три профсоюза – анархистский FO, социалистический CFDT и сталинистский CGT воюют друг против друга как никогда. И наконец, через 50 лет сельскохозяйственного планирования ЕС, железное правило сохраняется: чем больше выражен аграрный характер региона, тем он беднее.

За последние 40 лет экономика стала еще более зарегулированной, а рынок труда окончательно окостенел. Профсоюзы, в особенности CGT – стражники привилегий государственных служащих и работников крупных корпораций. Те , кто внутри – защищены, те кто снаружи – не имеют шанса на работу. Макрон, как и все его предшественники, хочет реформировать это классовое общество – но его ждет провал в случае, если он не добьется либерализации

С одной стороны перед нами коррумпированная и заботящаяся только о себе элита, с другой – левацкие интеллектуалы, носящиеся с теориями классового самосознания. Маргарет Тэтчер потребовался целый год на то, чтобы сломить шахтеров, взявших в заложники всю страну. И во Франции легче не будет. Макрону придется воевать не только с привилегиями элит, но и с привилегиями улицы.

Германии все это в любом случае обойдется дорого

И если бы все этого было недостаточно, Макрон желает “перезагрузить” Европу. Как это будет выглядеть пока неясно. Будет ли это выглядеть так: “Больше Европы, больше долгов, больше полномочий для Брюсселя, меньше ответственности для государств-членов?” Или он реально хочет вернуть власть закона и прозрачность структур? Мы этого еще не знаем. Тем не менее, можно предположить, что провал этого очередного носителя надежд дорого обойдется Германии. За этим последуют новые, совершенно другие выборы – и их исход определят те, кто отказался голосовать на только что прошедших. Никто не знает, склонится в случае победы Ле Пен к Москве или Мелншон начнет строить во Франции Кубу и Венесуэлу. Для нас это, при любом раскладе обойдется дороже плана Макрона – который также не будет дешевым.

Нет, Макрон не побежит по воде – несмотря на то, что его обожатели ждут именно этого по всей Европе. Будем надеяться, что он и сам это понимает. Если он начнет смягчать закостеневшую французскую классовую структуру это само по себе окажется достаточным “чудом”. Но я не знаю, что легче – реформировать сегодняшнюю Францию или бежать по воде.

Гого (Франция?) и Диди (Германия?) снова в ожидании Годо?




Tags: Европа
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments