роза красная морда большая

systemity


САМООРГАНИЗУЮЩИЕСЯ СИСТЕМЫ


Previous Entry Share Next Entry
Ноябрь у двора! Что отмечаем? Часть 1
роза красная морда большая
systemity

Ноябрь у двора! Что отмечаем? Часть 1

Иегуда Ерушалми


Приближается ноябрь, а с ним – и неординарные юбилейные даты.

2 ноября – столетие Декларации Бальфура – первого семени, из которого произрасла юридическая основа нынешнего Государства Израиль.

Принято считать, что через 30 лет, 29 ноября 1947 г., это семя дало реальный плод – международное признание легитимности создания современного Еврейского Государства.

Ну, а третья дата – это хорошо знакомый людям моего поколения, а также – предыдущего и почти двух последующих – день седьмое ноября, красный день календаря.

Великий октябрь

Не знаю, как для кого, но уже более четверти века, как 7 ноября превратилось для меня лишь в повод воспоминаний, о посиделках на рабочем месте, под спиртягу, и нехитрую закусь в предвкушении встречи великого праздника.

Или более ранних, подростковых, когда знакомая тетка, разносившая почту в районе главной площади Ташкента и имевшая туда пропуск, проводила меня через оцепления в свой район, и я мог в непосредственной близости смотреть военный парад ТуркВО.

Или уж, совсем детские, еще сталинских времен – торжественные линейки в школе.

И, наконец, самое последнее празднование. Проезжая, как раз, 7 ноября 1991 г из, совсем уж, ставшей несоветской Риги, в еще почти совсем советский Ташкент – пересаживался с поезда на самолет в Москве. И, оказавшись в центре, увидел издалека последнюю советскую демонстрацию трудящихся, посвященную Великой Октябрьской социалистической революции.

На Красной площади, возле мавзолея толпились с красными флагами сотни две человек, что-то нестройно и нечленораздельно выкрикивающих… Так агонизировала эпоха.

Хотел, было добавить, что по идее, мне, уже почти четверть века, израильтянину, этот юбилей, должен бы в его столетие быть, как говорится, «до феньки», и на этом о нем закончить.

Да не выходит. Надо бы, поставить еще «точки над i», причем, подозреваю, не одну.

Ну, во-первых, мне, действительно, «до феньки», хотя, промаршировал первые пятьдесят лет в том строю. Но я вижу, что даже в Израиле, не говоря уж, о так называемом «русском мире», что принадлежу, все же, к меньшинству. А большинству, похоже, «не до феньки»!

В «русском мире» отработан прием «многополярной навязчивости», что-то вроде крючка-кошки. Суть его в том, что для разных групп мирян создаются привлекательные для их ментальности образы.

Вы за «красных»? — Ура Ленину, Троцкому, Свердлову, Сталину, наконец, Молотову с Кагановичем и Дню победы 9 мая!

Вы за белых? – Ура Деникину, Колчаку, двум Николаям, трем Петрам, трем Александрам, Ивану Грозному и, разумеется, Елисавете с двумя Екатеринами!

Вы за «зеленых»? – Пожалуйте: Бандера, Махно… и т.д., и т.п., на любой вкус.

Главное, удерживать внимание мирянина, чтобы нос его, подобно магнитной стрелке всегда смотрел на Москву. И, ведь работает! Крючок-кошка заглотан, и, пойди его вытащи!

Я уже не говорю о «нерусской» части ленинизма-сталинизма, рассеянной Красным джихадом во времена его пика и оттягивающей момент наступления полного летального исхода идей коммунизма в «развивающихся» странах, а также, как это ни парадоксально, в гуманитарных кампусах стран, шибко развитых.

А я вот, задумавшись, используя навыки матерого стандартиста, к анализу словосочетания «Великая октябрьская социалистическая революция», прихожу к выводу, что каждое слово из этих четырех — ложь!

Прежде всего, «октябрьская». Захватив власть, большевики сдвинули календарь на пару недель, и датировка события уехала в ноябрь. Впрочем, во всем григорианском мире, ноябрь в тот день и был.

«Революция»

Что значит «революция». Понимать ее в инфантильном восприятии Маяковского?

Дул,
как всегда,
октябрь
ветрами
как дуют
при капитализме.

За Троицкий
дули
авто и трамы,
обычные
рельсы
вызмеив.

Дул,
как всегда,
октябрь ветрами.
Рельсы
по мосту вызмеив,
гонку
свою
продолжали трамы
уже —
при социализме.

Между этими двумя фрагментами поэт разместил событие на несколько часов — взятие Зимнего и арест Временного правительства.

Это он называл в поэме «революцией», а в выступлениях конца 20-х годов, еще по стандартам 10-летней давности — «переворотом».

Так события 25 октября 1917 г. официально именовались чуть ли не до 30-х годов: «Октябрьский переворот». И переворот, действительно был. Власть в России сменилась насильственным путем.

А вот, революция? Можно ли считать свержение [более-менее легитимного] правительства революцией? Вечером капитализм (как в поэме «Хорошо»), а утром уже — социализм?

Вот, спросите у любого знатока истории: а когда произошла Великая французская революция? У нормального зубрилы из Сорбонны, или Гарварда, или МГУ от зубов отскочит: 14 июля 1789 года!

Бастилию развалили (сомневаюсь, чтобы до конца за одну ночь, при тех технических возможностях), карманьолу сплясали, и наутро возникла новая Франция.

Да нет, ребята! Все было гораздо сложнее и дольше. Великая Французская революция, как я понимаю, тянулась лет около девяноста.

За которые, получив на входе революционного процесса абсолютную монархию, страна необратимо пришла к 80-годам 19 в. к форме демократической республики, которая, несущественно изменяясь по форме взаимодействия демоса и кратоса, существует по сей день.

Но на это понадобилось, повторяю, почти 90 лет, если отсчитывать от взятия Бастилии. Но, чего только ни произошло за эти 90 лет?
И цареубийства, и государственные переревороты, и бунты низов, и войны, включая мировую, более известную, как «наполеоновские походы», и победы, и поражения, и свержения монархии, и ее восстановления,  и образование новых династий, но, в конце концов, построение устойчивой формы республиканской власти. Не говоря уже о такой сопутствующей мелочи, как фон событий — научно-техническая революция в Европе и Соединенных Штатах.

А Маяковский видел революцию как одномоментное действие. Впрочем, он ли один?

Людям, специализирующимся на занятии изучения изменения состояний обществ во времени, так называемых «историков», и, тем более, людям простым, наблюдающим эти изменения в рамках своего жизненного опыта и (или) получающим какие-то экстракты оценок событий от специализированных источников, в наше время — всевозможных СМИ, свойственно, рассматривать динамику событий, как текущих, так и прошедших, в рамках шор, ограничивающих зрение плюс-минус одним-двумя поколениями.

Мне могут возразить: да что ты со своим Маяковским, конъюнктурщиком на коште ЧК? Он и о современном состоянии страны в той же «Хорошо» написал, как его видел. И НЭП у него там…

Вот-вот, и отвечу я. НЭП! А что такое НЭП, как не отклонение Ленина от идей Маркса? А что такое — «гениальное» прозрение Сталина о возможности построения социализма в одной, отдельно взятой стране?

Что это, как не отказ от джихадной марксовой теории Всемирной пролетарской революции? И почему, вдруг, социализм, как первая стадия коммунизма?

Маркс, в быту — паразит, не заработавший на свое и своей семьи содержание ни гроша, всю жизнь побиравшийся, с какой стати, получил он реноме великого экономиста, поучающего человечество на всех уровнях? Ясное дело, такому человеку нужно все и сейчас! И одномоментная пролетарская революция, и коммунистические отношения в экономике наутро.

А Ленин-Сталин (я уж, не вспоминаю о их последышах, просто, перерожденцев от коммунизма, и слава Богу!) строя марксову утопию, споткнулись о реальности жизни. И были вынуждены отступать от примитива, системных ошибок и прямолинейности марксовых теорий. И запущенная ими революция все более уходила от марксовых схем. А с ними — и от коммунизма, и от социализма, как его первой стадии.

Прошло сто лет, а построение социализма и коммунизма не было завершено ни 26 октября 1917 г. (по Маяковскому), ни 17 октября 1981 г (по Хрущеву и программе КПСС). Ни на одном обломке СССР после 1991 г. Более того, и Россия, и обломки, так или иначе, продекларировали отказ от построения общества по Марксу.

А, вот, что революция была Великой по числу бед и жертв, это уж, точно!

И, вот это предлагается праздновать? А не лучше ли поступить, как с прочей геростратовщиной?

Ну, оставим разбираться с ней, кто там остался, в тех сферах, а сами вернемся в наши Палестины.

(Продолжение следует)





?

Log in

No account? Create an account