роза красная морда большая

systemity


САМООРГАНИЗУЮЩИЕСЯ СИСТЕМЫ


Previous Entry Share Next Entry
Для меня до сих пор является секретом, как в Украине Генеральную прокуратуру возглавляет политик...
роза красная морда большая
systemity

Наталья Миняйло, журналист отдела "Политика", Delo.UA
9 ОКТЯБРЯ 2017
ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ



В 2016 году Румыния заняла 58 место в индексе восприятия коррупции. За решеткой оказались 1500 высших чиновников, среди них и брат экс-президента Мирча Бэсеску. Хотя еще 10 лет назад именно коррупция была главным препятствием для вступления страны в Европейский Союз. Чтобы узнать, как Румынии удалось изменить ситуацию, мы встретилось с экс-министром юстиции Моникой Маковей.

1. Наличие политической воли

Я стала министром юстиции в 2004 году. В это время Румыния готовилась вступить в Европейский Союз. Однако коррупция оставалась проблемой номер один. Особенно волновала коррупция на высшем уровне — среди высокопоставленных чиновников и бизнесменов. Это были не только взятки, но и уклонения от уплаты налогов.

Я действительно хотела бороться с коррупцией и чувствовала, что это необходимо обществу. Я не была членом какой-либо политической партии и не принадлежала ни к какой группе. К тому же, я видела большую заинтересованность в борьбе с этим злом со стороны румынского правительства.

С этой целью в 2005 году было создано Национальное антикоррупционное управление (DNA). Его главная задача — бороться с коррупцией среди топ-чиновников, а также дела на сумму от 2 млн евро. Новое ведомство включает в себя функции обычной полиции, а также прокуратуры, это позволяет значительно сэкономить время.

Наличие такого органа очень раздражает наше правительство и политические партии. На протяжении 12 лет они уже несколько раз пытались изменить законодательство. Последний раз в начале 2017 года такую попытку предприняли социалисты, которые сейчас при власти. Они планировали принять акт о помиловании для коррупционеров, а также внести изменения в криминальный кодекс. Это делалось с целью освобождения из тюрьмы лидера социалистов Ливиу Драгня.

Когда люди узнали об этом, то начались массовые протесты. На улицы вышли 250 тысяч человек. Еще 10 лет назад такое было трудно представить. Поэтому участие общества не менее важно, чем активность правительства. Поэтому в Румынии сейчас люди наблюдают за деятельностью политиков. В случае необходимости они готовы выйти в еще большем количестве.

2. Юридическая и финансовая независимость антикоррупционных органов

У нас есть два главных органа для борьбы с коррупцией. Первое — Национальное антикоррупционное управление, о котором я уже говорила. Все коррупционные дела находятся в руках управления, что уберегает от утечек информации. К тому же вDNAсобрались лучшие кадры как из прокуратуры, так и финансовые иIT-специалисты.

Также у нас есть Национальное агентство по вопросам добродетели. Оно специализируется не на коррупции как таковой, а на конфликте интересов. Специалисты агентства детально изучают декларации всех государственных чиновников. Это касается не только президента или премьера, но и работников полиции, таможенников, а также членов совета правления больших корпораций. Всего декларации подают 300 тысяч человек. Они указывают не только свое имущество, но также и имущество своих родственников, а также выписки по банковским операциям. Каждый документ — около 10 страниц. Любой гражданин может изучить декларацию. Если он находит несоответствие, то может потребовать через суд, чтобы такое имущество было конфисковано.

Однако, чтобы такая система существовала, очень важно обеспечить ее независимость. Как финансовую, так и юридическую. Поэтому в Румынии Национальное антикоррупционное управление финансируется из государственного бюджета через генеральную прокуратуру.

3. Доводить дела до суда

За 12 лет существования Национального бюро расследований суды вынесли 900 обвинительных приговоров. Всего в тюрьме сейчас находятся 1500 топ-коррупционеров. Среди них и брат бывшего президента страны Траяна Бэсеску — Мирча. Кроме того, удалось посадить 6 министров, а также бывшего премьера страны Адриана Настасе. В тюрьме сидят и многие судьи и мэры городов. Я считаю, что это замечательно. Поскольку поначалу люди боялись вести расследования против высокопоставленных коррупционеров. Судьи также не спешили рассматривать такие дела, в результате многим удалось избежать заключения. Однако потом нам все же удалось их посадить сразу по двум статьям — за коррупцию и за попытку избежать ответственности.

Поэтому очень важно добиваться, чтобы дело было рассмотрено в судах. Без долгих проволочек. По опыту Румынии могу сказать, что от момента открытия уголовного дела до окончательного решения проходит где-то год. И это в уголовном процессе. Дольше затягивать дело не вижу смысла.

Мне известно, что в Украине сейчас проходит судебная реформа. Я считаю, что она очень важна для будущего страны. Однако сейчас у вас есть около 7 тысяч судей. Они уже сегодня могут выносить решения по делам о коррупции. Для меня остается пока не понятным, почему еще до сих пор нет решений по делам НАБУ.

Считаю, что неправильно оправдывать бездеятельность судей отсутствием антикоррупционных судов. Однако это все отговорки.

4. Введение института гражданской конфискации

Криминальный процесс о коррупции — это, в основном, длительный процесс. Однако важно предусмотреть, чтобы государство могло вернуть украденное имущество. Для этого существует институт гражданской конфискации.

Особенность его в том, что в нем нет обвиняемого. Человеку не нужно оправдываться. Он только должен доказать, что этот дом или деньги принадлежат ему. Очень активно этот институт используют в Британии.

Я считаю, что в Украине не надо бояться гражданской конфискации. Это поможет рассматривать дела о коррупции быстрее. К тому же, по данным статистики, всего лишь 10% являются в суд, чтобы доказать свое право на имущество. В большинстве случаев оно законно возвращается в собственность государства.

5. Тщательный подбор персонала для антикоррупционных органов

Когда я была министром юстиции Румынии, передо мной поставили сложную и ответственную задачу — найти руководителя для Антикорруционного управления. Как я понимала, мне нужно было найти человека честного, с высокими моральными качествами, а также профессионала своего дела. Поэтому я обратилась к психологу. Он помогал мне найти такого человека. Для этого он проводил не только личностные тесты, но и выяснял, сможет ли этот человек попасть под политическое влияние или нет.Эти тесты проходили все, кто хотел работать в DNA.

Мне удалось найти такого человека. Его звали Даниэль Морарь. После разговора с ним психолог мне сказал, что этот человек как камень и не поддается никакому влиянию. Морарь стал вторым руководителем антикоррупционного управления.

Важно также, чтобы эти люди были и профессионалами с своей сфере. Поэтому для меня до сих пор является секретом, как в Украине Генеральную прокуратуру возглавляет политик. Это не приемлемо для эффективной борьбы с коррупцией.





  • 1
В Украине общество не дозрело до такого уровня как в Румынии.

Влияние коммунизма ещё сильное.

Да и в Верховной Раде и в правительстве почти никто не хочет бороться с коррупцией.

О России даже не стоит говорить.

Edited at 2017-10-09 01:22 pm (UTC)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account