?

Log in

No account? Create an account
роза красная морда большая

systemity


САМООРГАНИЗУЮЩИЕСЯ СИСТЕМЫ


Previous Entry Share Next Entry
Солдат воюет, но то, что он, рискуя жизнью, защищал, потом отдают без боя
роза красная морда большая
systemity

Саперные лапочки

.
фото профиля Michael Nikomarov, На данном изображении может находиться: 1 человекМихаэль Никомаров

Пишут, что теперь девушек будут принимать и в саперные части. Пишут, что, дескать, «сапер – это оторванные руки-ноги и невозможность рожать». Ой! Я вас умоляю!

Зачем мы посылаем детей в армию? Зачем они туда идут?

Мы всё привыкли, что это опасно, что там стреляют-убивают-погибают. Что они нас защищают, а мы хотим защитить их от злобных командиров, готовых послать их на смерть.

Это давно уже не так.

Когда солдата посылают на махсом, мы думаем, что он будет обезвреживать террористов, и это опасно. На самом деле он будет для вида проверять документы, а если документов не будет, ему скажут, и он «пропустит и так».

А рядом будут тетки из «Махсом Уотч» и фотки: «Израильский оккупант притесняет арабских тружеников».

И спецкор ЦАХАЛя с фотками: «Израильский солдат помогает арабскому дедушке».

Если солдат идет патрулировать арабскую деревню, это не для того, чтоб не дать бандитам разгуляться, а чтоб сфотографироватся, как он поит воробышка из бутылочки и делится своим пайком с арабским мальчонкой.

Если солдаты въезжают в Джанин или в Рамаллу, это чтоб сфоткаться для Аль-Джазиры в качестве уток в тире для камнеметания и бросания блоков по джипам, а при определенной удаче быть оплеванным, оцарапанным и разодранным местными героинями, лицетворящими праведный гнев «палестинского народа».

Related image

Само собой – летчики для фоток «Хель Авир – слава Израиля», а танкисты – для сравнения «Хороший еврейский мальчик – плохой еврейский мальчик».

Image result for ‫חיילות שריון טנק‬‎

Потому что самолетам не следует бомбить, а танкам стрелять. Следует фотографироваться.

Девочки в армии не для того, чтоб заряжать 50-килограммовые снаряды, и не для того, что бегать с полной выкладкой 20 километров. Они не могут, это известно, и для них нормативы снижают. Это хорошо, потому что девочек жаль. А армии эти нормативы на самом деле не нужны. Бегать давно не нужно.

Image result for ‫חיילות מיניות‬‎

А тот единственный снаряд стоимостью 15 тысяч долларов, который выпустят по недостроенному «штабу ХАМАСа» в Газе в ответ на 180 их ракет по Сдероту, — этот снаряд загрузит мальчик, который служит в «женском» батальоне, чтоб воевать. Чудовищный столб пыли заснимут, одни будут думать, что страшно испугали, другие – что можно подать в трибунал, третьи – сколько вытащить на «восстановление», четвертые – что пора договариваться о перемирии. А девочки будут фоткаться в форме танкисток, снайперок и саперок для рубрики «Израильская армия – самая сексуальная армия в мире!»

Израильская армия – не чтобы воевать. У нее другие функции.

«Во-первых, это красиво!» Отслуживший солдат – гордость семьи и самого себя. Он рисковал собой, он защищал Отечество, проливал кровь и громил врага. На самом деле это не совсем так или совсем не так.

Image result for ‫אחרי שרות צ הל‬‎

Но раз был в армии – значит всё: проливал и защищал! Его мнение теперь не оспоримо, чистота его помыслов и преданность стране доказана в бою.

Во-вторых, это дает льготы. При поступлении в ВУЗ, при приеме на работу, при взятии машканты, и вообще. Понятно, что те же три года можно использовать, чтоб поднатаскаться и поступить без льгот, или подзаработать на машканту. Но это удел презренных арабов и левых пацифистов – словом, предателей. Честь молодого гражданина – воевать и проливать. Точнее – бегать и фоткаться три года, изображая. Потому что за это нас все будут бояться и любить. Любить и бояться. А потом – с мужественными мускулами, загустевшей бородкой и жаргоном «нагмашей» и «пацмаров» – идти в большую жизнь.

Армия это круто! Бесплатные курсы, от электроники до гиюра, от соцработников до фельдшеров – учись-не-хочу! Можно танцевать, можно петь, играть и выступать, ухаживать за больными и выращивать цветочки, стать поваром и учить Гмару. Да, мало ли чего! И все – без отрыва от стрельбы, защиты и проливания крови!

А еще армия – это безопасно. В то время, когда не служащие в армии предатели-сверстники бьются на машинах и мотоциклах, накуренные и упитые, наш солдат под бдительным оком командиров, защищен от любых опасностей гуманным приказом не стрелять, не входить, не дразнить и не ввязыватся. На дорогах в год погибают сотни не служащих в армии предателей, в то время как в армии, если повезет, не гибнет никто. Если повезет…

Image result for ‫מבצע צבאי‬‎

Иногда не везет. Иногда вдруг случается большая политическая лажа. В ответ на обстрелы, вместо срочного прекращения огня на любых условиях, неуклюжий политик решит ни с того ни с сего начать по-настоящему военные действия.

Тут вдруг выясняется, что в промежутке между курсом кройки и курсом шитья дают автомат и заставляют куда-то бросать гранату. Потом выясняется, что бросали не туда, и она не взорвалась, а ту, что бросили оттуда, пришлось закрывать своим телом. И зря. Тело было с кипой, что не красиво, и вообще допустило ошибку. Ну, не генерал же виноват и не министр без окуляров, в самом деле!

Война это страшно. Не потому что стреляют, а потому что недостреливают. Не потому что велика цена победы, а потому что победы не дают достичь. Не потому что погибают, а потому что жертвы напрасны. И не потому что это жестоко, а потому что вызывает у врага смех.

Солдат воюет, но то, что он, рискуя жизнью, защищал, то, ради чего хоронил своих товарищей, потом отдают без боя, и еще прося прощение и унижаясь перед «побежденным» врагом, празднующим свою «победу». И этого врага, которого он только что видел через прицел на той стороне фронта, он встречает в автобусе по дороге домой, и у него строгий приказ держать магазин отдельно, а автомат отдельно, чтобы этот враг чувствовал себя в безопасности.

Воевать нельзя. Вообще. Армия не для этого. Армия – чтобы сделать из наших детей настоящих патриотов: людей, гордящихся нашей армией, нашим правительством и нашими командирами.

Армия – это чтобы мы все, как один. Такие разные – и такие одинаковые. И все вместе против. Против кого, нам скажут.

Related image

Раньше говорили: арабов.

Раньше говорили: арабов и «фашистов-ревизионистов».

Раньше говорили: арабов, «фашистов-ревизионистов» и поселенцев.

Теперь говорят: «враг – он среди нас, у него кипа!»

Как бороться? Песнями и плясками сексуальных девочек перед строем мальчиков.

Кто отвернулся – враг. Кто отошел – враг. Кто намылился в сортир – враг.

Image result for ‫צה ל שיר חיילות‬‎

У Арафата оружием против нас была «матка палестинской женщины». Против Трампа выступил «вагинальный полк». А против нашего религиозного врага – «Ансамбль песни и пляски имени ЦАХАЛя» – самой сексуальной и самой гуманной армии мира, армии, которая своей задачей видит организованное отступление и защиту захватчиков от внутреннего врага: мелкого и тщедушного израильского патриота, по привычке гордо отправляющего сына в детско-юношеский садик поиграться с дорогими игрушками.

Страна защищается не армией. Молодые ребята-хайтековцы, в перерывах между «Зарницей» в милуиме, изобретают электронное лазерное оружие против воздушных змеев, шариков и камней.

Там, в будке сидит один солдат и нажимает кнопку. А сонм политиков договаривается со всем миром, как и сколько заплатить ХАМАСу, чтоб стрелять перестал. Им заплатили, они перестали. А мы получили контракт на такую же систему, но только побольше, для Уганды, Нигерии и Буркина-Фасо. Но,чур! – чтоб наша армия не стреляла, не побеждала и не проливала. А только фоткалась, пела и танцевала. И беспощадно боролась с ультраправым экстремизмом и религиозным засильем. В армии, в быту и в личной жизни. Особенно, везде.

Авторский блог