?

Log in

No account? Create an account
роза красная морда большая

systemity


САМООРГАНИЗУЮЩИЕСЯ СИСТЕМЫ


Previous Entry Share Next Entry
К cтолетию убийства Моисея Урицкого
роза красная морда большая
systemity

И минул век

К cтолетию убийства Моисея Урицкого

Марк Аврутин
С 70-х годов прошлого века начал формироваться устойчивый стереотип: вся советская история — это непрерывная цепь злодеяний и насилий над народом со стороны большевиков. При этом сознательно стирались все принципиальные различия между большевизмом и сталинизмом.

Сталинизм представлялся как продолжение ленинизма, как его законное дитя. За этим «ритуальным» выводом о полном родстве большевизма и сталинизма скрывается попытка «кондовых» русских националистов переложить все преступления сталинистов на евреев, боровшихся за мифически справедливое общество.

А началось это ещё с критики Хрущевым культа личности Сталина, когда он положительно оценил его борьбу с троцкизмом, который вел страну якобы к реставрации капитализма.  Хрущев тем самым оправдывал, в первую очередь,  себя, —  активного участника той борьбы, и партию, уже не имевшую ничего общего с созданной Лениным.

Однако, не найди тогда Хрущев активного себе пособника в лице Солженицына, вряд ли этот перекос в восприятии исторических событий оказался бы столь устойчивым. Солженицын превосходно справился с «партийным» запросом: обвинить в преступлениях сталинского режима евреев, участвовавших в становлении советской власти. В книгах Солженицына еврейские имена так выпячиваются, что только они и остаются в памяти читателя.

Бывший марксист-ленинец Солженицын, игнорируя многие очевидные факты, доказывал, что Сталин был верным учеником Ленина. Хотя репрессии периода гражданской войны были обращены на вооруженных заговорщиков, а репрессии сталинского режима – на безоружных людей, недовольных режимом.

Революция боролась с явными врагами и поэтому не нуждалась в подлогах, сталинская же бюрократия боролась за собственные привилегии и вынуждена была скрывать свои истинные цели, и т.д.

С подачи Солженицына утвердилось мнение о том, что Октябрьский переворот был «ленинско-еврейской» революцией. Подменяя исторический взгляд на события Октября 1917 года националистическим, Солженицын и др. создавали антисемитские книги, в которых под видом критики советской власти фальсифицируется история с целью оболгать еврейских участников Октябрьского переворота: Троцкого, Свердлова, Каменева, Зиновьева, Урицкого, Ягоду и др., превратив их в злодеев.

В революции, действительно, участвовали представители нацменьшинств: поляки, грузины,  евреи, латыши, немцы, финны и др. Это было вполне естественным в условиях многонационального государства российского. Но революция от этого не могла ведь стать ни польской, ни еврейской, ни какой другой. Солженицын сознательно подменил цели русской революции еврейским происхождением отдельных её участников.

Одним из таких «злодеев» сделали руководителя Петроградской ЧК (ПЧК), бывшего «левого коммуниста» Урицкого, которого назвали «Петроградским Робеспьером», хотя его методы борьбы с контрреволюцией были более умеренными, чем применявшиеся ВЧК в Москве.

Урицкий, один из немногих имевший высшее юридическое образование, был заинтересован в восстановлении порядка не столько путем террора, сколько в обуздании роста насилия, экономических преступлений и злоупотреблений властью, и поэтому он отказывался санкционировать расстрелы. Такой подход  разительно отличался от того, что делалось в Москве.



Урицкий издал предварительные правила проведения обысков, нацеленные на исключение злоупотреблений со стороны недостойных чекистов, а также на выявление и задержание фальшивых чекистов-оборотней.

Широкую известность получил приказ Урицкого о сдаче в трехдневный срок всего незарегистрированного оружия, бомб и взрывчатых веществ. Отказавшиеся исполнять этот приказ подлежали суду революционного трибунала, но без угрозы расстрела.

Особенно был заметен контраст между Петроградом и Москвой в сфере политических репрессий. Петроградская ЧК многих арестованных, подозреваемых в контрреволюционной деятельности, воровстве и спекуляции, вскоре отпускала, особенно из числа задержанных по политическим мотивам.

ДАЛЬШЕ